Привет, Странник! Ты спросил, что посмотреть здесь, чтобы успеть домой к ужину. Отвечаю.

Можно нырнуть в Черную дыру (это абсолютно безопасно для туристов) и оказаться в Стране Д. Наверняка там ты встретишь своих знакомых, а , если повезет, себя. 

 Можно побывать в доме у моря. Там пахнет хвойным лесом. Там живут два чудных Ангела. Ты ведь давно не беседовал за чашкой кофе с Ангелами в джинсах и с трехдневной щетиной? Кстати, можно выпить кофе и в моем обществе, заглянув на страничку блога. Надоест тишина-здесь слова и мелодии. 

 Если есть время, загляни на страницу моего Дела. Возможно, мы станем партнерами. И, конечно, сувениры. Бери с собой книги, стихи, мысли. Возвращайся за новыми! 

 Приятного путешествия!  

 
ГЛАВА 1. чЕРНАЯ ДЫРА 
ГЛАВА 1. чЕРНАЯ ДЫРА 
 В моей комнате возникла большая Черная дыра.Я обнаружила ее ранним утром, очнувшись от беспокойного сна, когда чуть забрезжил рассвет.Стало холодно. Я открыла глаза. Дыра зияла в противоположной стене, огромная и пугающая.Она была идеально кругла и вырезана аккуратно, чем-то острым.В остальном в комнате все было по – прежнему. Беспорядок, полки с разлохмаченными книгами, компьютерный столик с древним ноутбуком, на пол брошена дорожка, на ней спит Багира. Ни мусора, ни грязи. Я влезла в тапки, укуталась в одеяло, с опаской подошла к дыре и провела ладонью по ее краю. Вспоротая кирпичная кладка была гладкой. Просто отверстие в толще стены, а за ним -чернота.Дыра притягивала. И мир моей комнаты во всем своем бардаке клонился в ее сторону, как ива на ветру.Я перехватила волосы резинкой, чтоб не колыхались в зыбком воздухе и не лезли в глаза , снова забралась в постель и стала думать.Это не сон, я точно проснулась. О состоянии моей психики на фоне последних событий судить не мне. Что мне делать и как жить с Черной дырой?Жить в принципе было можно. Не обращать внимание на свою черную дыру, кутаться потеплее и не пускать к себе никого. Придя к этому, я заметно успокоилась, поскольку жизнь продолжалась и стала думать дальше....ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ
гЛАВА 4. сВАЛКА 
гЛАВА 4. сВАЛКА 
 Пришла в себя.Шевелю пальцами, пробую руки, ноги, с облегчением ощущаю их. Кажется, я цела. Лежу на твердом и неровном, сырой холод наполняет меня снизу. Пахнет прелым. Совсем близко слышны шорохи на фоне птичьего суматошного гвалда.Открываю глаза, все расплывается, жмурюсь, моргаю, трясу головой, пытаюсь сфокусироваться. Неужели что-то с глазами? ! Через несколько мучительных долгих секунд паники и хаотичных мыслей о том, как же я сейчас буду жить, слепая(само слово поднимает внутри глухой ужас), зрение начинает восстанавливаться.

 Вокруг все летает. Рядом со мной и высоко в небе парят обрывки бумаги, газеты, тряпки. Проплывает, раскинув рукава-крылья и задев меня холодным металлическим поясом, бордовое платье . Планируют книги, размахивая страницами и теряя их на лету. Летает посуда, кухонная утварь, просто мусор. «Одеяло убежало, улетела простыня. И подушка, как лягушка, ускакала от меня»….Рядом с вещами в воздухе суетятся и кричат птицы. Не сразу и разберешь, что приближается. То ли раскинула черные крылья птица, то ли одежда размахивает штанинами ли, рукавами ли. Летают и крупные предметы. Неуклюжий, прожорливый платяной шкаф, из тех, что у бабушек, распугивая птиц, громко хлопает дверцами. Слишком много всего вокруг. Слишком хаотично. Страшно, хочется убежать отсюда. Сажусь, Снова трясу головой. Похоже, ударилась ею о землю , искры до сих пор перед глазами. Или это звезды мерцают посреди хлама? 

Оглядываюсь и , понимаю, что сбежать не получиться. Вокруг, насколько хватает взгляда, огромная свалка. Завалы, холмы, кучи, горы разных предметов . По свалке свободно гуляет мощный ветер, не позволяя ничему залеживаться. Хватает, точно гигантская , в полном расцвете и игривой силе, хищная птица, вещи , поднимает их в воздух, забавляется и швыряет, натешившись , свою добычу где попало. Стаи птиц пародируют ветер. И нет этому ни конца, ни края, ни порядка, ни смысла.Пахнет то падалью, то озоном. Вокруг то новье , то старье.Я сижу в куче сухого, шебуршащего мусора, что-то все время падает с неба и грозит засыпать меня, превратить в один из многочисленных холмиков. Мне досадно. Стоило ли ради того, чтобы оказаться на свалке, нырять в Черную дыру? С трудом подымаюсь, куда-то бреду, спотыкаюсь. Закрываюсь руками и отмахиваюсь, как от надоедливых мух от летящих предметов. Больно и холодно. Теряю чувство реальности и цепляюсь за него, как за соломинку, в надежде выбраться отсюда. 

Огибаю на автопилоте очередной холм и вижу посреди всего этого ЧЕЛОВЕКА.Старик возвышается над горой мусора монументально и комедийно.Гляжу на его ноги в протертых до дыр домашних шлепанцах , с задорно выглянувшими из материи большими пальцами. Ноги покрыты клочьями седых волос, костлявые колени подпирают висящую на одном гвозде переднюю рейку перекосившегося письменного стола. Мятый, белый халат распахнулся на такой же, как ноги, седой волосатой груди. Человек склонился над лохматой, объемной тетрадью с вклеенными вкривь и вкось разномастными клочками бумаги, и что-то строчит в ней обкусанной шариковой ручкой. За ухом у него карандаш.Кажется, передо мной докторПодкравшийся ветер внезапно вырывает и отпускает в воздух листочки с анализами, назначениями, выписками. Седые космы старика развеваются в воздухе , точно змеи.Я стою молча.Наконец человек закрывает историю болезни и бросает ее , не оборачиваясь, через плечо. Ветер уносит том в неизвестном направлении и тут же швыряет перед стариком другой, с виду точно такой же. История болезни тяжело шлепнулась на стол, задвигала листами, раскрылась. Старик поднимает голову и смотрит на что-то , находящееся за мной. У него молодые, живые, бьющиеся, словно море, о берег одутловатого, морщинистого лица, бирюзовые глаза. Оглядываюсь и вздрагиваю, отпрыгиваю от неожиданности. Рядом со мной в воздухе покачивается силуэт человека. Он вполне материален, хотя и бледен. Человек худощав, небрежно одет и непричесан, временами почти прозрачен и понур. Ноги в несвежих носках не касаются земли, лишь тянутся к ней, то приближаясь, то взмывая вверх вслед за ветром.Старик пару секунд смотрит на парящего человека рентгеновским взглядом, опускает лохматую голову и начинает что-то строчить в тетради, одновременно буднично и четко, словно метроном, глухим надломленным старческим голосом задавая простые вопросы. Их много. Я не успеваю их запоминать.Слышится: Кто вы? Что Вы сделали? Где Вы? Зачем Вы здесь? Почему Вы здесь? Что с Вами? Что есть…И еще много, много подобного…Висящий в воздухе человек мрачнеет и начинает заметно нервничать. Он то вытягивался в струну, то колышется в воздухе, создавая вокруг себя разноцветное марево, т о сжимается в тугой ком, почти теряя в форму, то бьется в ведомом только ему замкнутом пространстве, словно в клетке. Выражение его лица быстро меняется. Он что-то страстно, с болезненными гримасами ,говорит. Нервничает, оглядывается вокруг, отвечает на заданные спокойным голосом вопросы , но я не разбираю слов и слышу лишь глухой шелест. Доктор, похоже, все понимает и строчит лист за листом, не поднимая головы. Наконец тетрадь захлопывается. Бесцветный человек обреченно затихает и постепенно тает в воздухе. А на его месте материализовывается другой, такой же бесцветный и опустошенный. Все повторяетсяе еще и еще, со вторым, третьим, четвертым пациентом. Я завороженно наблюдаю за процессом и мне уже кажется, что кроме свалки, доктора, прозрачных унылых психов с их туманными историями в мире ничего не осталось.И тут происходит сбой. Очередная история болезни ложиться на стол. Но очередной страждущий не появляется.Старик заученно поднимает глаза и на месте своего подопечного, по причине его отсутствия, замечает меня.-А ты чего здесь делаешь?-доктор оживился и даже обрадовался мне. Или возможности передохнуть? Он встает, вкусно подтягивается всем телом, пару раз приседает и втягивает носом влажный воздух.-Я из Черной Дыры. Скажите, пожалуйста, куда я попала и куда мне идти?- вежливо спрашиваю я. -И для чего-добавляю я, вспомнив вопросы доктора?-Слушай, ты меня спрашиваешь, -раздраженно отвечает старик, разминая обеими руками поясницу. - Для них-он делает неопределенный жест рукой,, я , что-нибудь придумаю, чтобы не растаяли совсем. Работа у меня такая. А уж куда ты, голубушка, попала из своей черной дыры, куда тебе идти и что там для тебя есть-откуда я знаю. Это ведь ты попала, тебе идти и дыра твоя. С этими словами он еще раз сочно потянулся.-Может мне обратно пойти?-робко спрашиваю я.-Нет уж, голубушка. Дыры на стенах, знаешь ли, просто так не появляются. И ныряют в них не спроста и не зря. Так что ты уж оглядись здесь, побудь…Понаблюдаем- с…Последние слова старик произносит рассеянно, возвращаясь к своим бумажкам и что-то ища в них.-Да и потом, если ты не знаешь даже того, что здесь, как ты можешь знать, что будет там, куда ты собираешься вернуться? Ты уж определись…Понаблюдаем-с-Бормотал он , будучи уже явно не со мной.Тут материализовался задержавшийся пациент, зло на меня покосился, толкнул острым локтем в бок Ю освобождая пространство, и действо продолжилось. Я развернулась и пошла куда-то.Но старик все-таки окликнул меня -Эй, ты…Если потеряешься, все-таки возвращайся.-Как же я смогу вернуться, если потеряюсь?На это старик ничего не ответил и продолжал:-И поторопись, слышишь. Там уже считают? Он махнул рукой в направлении ближайшей кучи хлама. ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ

Глава 9. Гниль. 
Глава 9. Гниль. 
 .......И , действительно, ощущаю явственно запах помойки. Гнили. Тошнотворный, мерзкий запах совсем рядом.Прикрываю ладонью рот и нос, стараюсь дышать реже, задерживаю чистый воздух в груди . Вспоминаю, как в детстве при появлении подобного запаха всей семьей искали за батареями усопшую мышку.Запах разложения, испорченной пищи, гнили.Запах идет от приоткрытой двери.-Кажется, что-то испортилось?- тактично спрашиваю я , Морщусь, покашливаю в ладонь, пытаюсь сдержать тошноту.-Испортилось …- человек вздыхает, спрыгивает с сундука и открывает дверь. Омерзительный запах лавиной обрушивается на нас. Не хочу смотреть на то, что за дверью. Тошно. Закрыть ее немедленно.Человек меня останавливает.-Погоди, там ведь все твое. Неужели не жалко?…Комната забита до упора , до потолка. Мне под ноги вываливается часть ее содержимого. Фантастическая смесь. Листья, кружева, ракушки, истлевшие лоскуты ткани, пожелтевшие фотографии… В воздухе - голограммы людей, животных. Свежие запахи просачиваются сквозь тошнотворную лавину, рвутся ко мне, окутывают. Нежные и грубоватые прикосновения. В обрывки мелодий сливаются звуки. Вокруг какафония.Все, что вывалилось, касается меня и царапает душу. Все действительно мое. Концентрат прошлого. Концентрат прожитого и пережитого. Частично истлевшее, запертое, частично отравившее меня до тошноты и рвоты. Еще живое. Мелькают взгляды, рождая томление. Ветер треплет волосы, звуки гаснут и растворяются, чтобы вновь возникнуть из ниоткуда. На плечо опускается и замирает бабочка. Буйство, восторг смертника, внезапно получившего свободу. Я стояла в эпицентре и понимаю, что этого много, слишком много для меня., Слишком много восторга, печали, ярости. У меня не хватит сил для того, чтобы жить в этом вихре.. Мне просто очень страшно.-Мне столько не надо- кричу я, пытаясь перекрыть шум.Затолкать бы все это обратно в комнату , захлопнуть дверь. -Когда у для тебя чего-то слишком много , что ты с этим делаешь…-отвечает громовым голосом человек.-Выбрасываю, делюсь. Или валяется, пылиться, занимает место- пытаюсь понять, к чему он клонит.- А если оно живое? Что ты делаешь? Молчу и думаю. Если живое… Не отдашь , не спрячешь , не положишь в угол….Человек распахивает дверь и я вижу все. По углам раздавленные, слежавшиеся, слипшиеся останки того, чего для меня оказалось слишком много. Мерзкие зловонные лужи, экскременты, гниль, пепел, грязь, тлен, зловонный запах. Запертое , ненужное мне живое умирало, гнило, разлагалось.Я закрыла глаза, уши, перестала дышать, присела, спряталась. А когда не дышать стало невозможно, открыла глаза и увидела, что все закончилось. Дверь плотно закрыта. Мое лицо пылает.***-Что там было,-спрашиваю я.Я бы назвал это твоим творческим началом. -А почему оно заперто в подвале, почему оно…такое? Некрасивое. Я видела там и бабочек и , прости, отходы жизнедеятельности. А уж запах…-Почему ты думаешь, что творческое начало обязано быть прекрасным? Оно как раз где-то между крыльями и отходами. Что с этим делать -думай сама. Над этим подвалом-свежий воздух и крылья. Здесь , как видишь склад, содержимое которого превращается в отходыПочему склад заперт и гниет-вопрос к тебе.. А я между крыльями и отходами.-Кто ты-воскликнула я патетически…., ПРОДОЛЖЕНИЕ БУДЕТ
Глава 15. Два мира-две системы 
Глава 15. Два мира-две системы 
 Город позади. Деревья все чаще, дома все реже. Дорогу мне преграждает высокий бетонный забор. Упираюсь в него руками, лбом , тяжело дышу, опускаюсь на колени. Холод бетона отрезвляет. Понимаю, что никто за мной не гонится, успокаиваюсь и заглядываю в щель между бетонными плитами.За забором- строительная площадка. Громоздятся плиты, угрожающе топорщится арматура. Горы щебня, бочки, песок, мешки с цементом. Поодаль строительные вагончики, и хлипкое сооружение, по-видимому склад, на фасад которого приколочена фанерка с надписями синей краской «Стройтрест «Мир- 1» и «Стройтрест «Мир-2» и нарисованными стрелками, указывающими в противоположные стороны.Иду вдоль забора, и вот передо мной, за шлагбаумом будка. На будке табличка: «Строительный объект. Замки. ». Дальше слишком мелко, чтобы разобрать. Подхожу ближе. Дверь будки резко отворяется, и из нее вываливается грузный потный мужчина в рабочей одежде. Неуклюже переваливается , недовольно бурчит, на ходу изучает видимо только что выданную ему бумажку , в замешательстве почесывает затылок, и скрывается во времянке.А в открывшейся будке склонилась над рабочим столом строгая девушка в кумачовой косынке и черной куртке, накинутой на плечи. Пылинки пляшут в столбах яркого солнечного света. На щеках девушки здоровый румянец, лицо ее строго и невинно. На пышной белой груди покоится тяжелая русая коса.Стройплощадка с этого места видна как на картинке. За шлагбаумом немыслимый беспорядок. Повсюду горы строительного мусора, обрывки бумаг, пакеты из Burgerking и Mcdonalds.«А где же Замки?»-думаю я, и,видимо, произношу это вслух, потому что девушка серьезно, не подняв головы, а лишь перекинув русую косу с одной груди на другую, отвечает :« Пока воздушные». Коса на несколько секунд приводит белоснежную грудь в плавное колыхание и, наконец, все успокаивается. Девушка что-то пишет…Уже заходя за шлагбаум, краем глаза замечаю на ее ногах отчего-то знакомые мне драные тапки.***Мягкая теплая пыль повсюду. Ступаю по ней, она забивает поры , дышу ею, ощущаю ее вкус во рту. Наблюдаю за тем, как двое нетвердо стоящих на нога рабочих с остекленевшими глазами, куря и постоянно сплевывая , пытаются закрепить на фасаде ветхого строения рваный кумачовый кусок ткани, на котором белыми крупными буквами неровно выведено «Два мира-две системы». Ветор вырывает плакат из рук. Деревянная лестница неуклонно съезжает вниз, кумач оказывается в пыли . Не отчаиваясь, с пьяным упорством парни поднимают кумач, отряхивают, весело матерятся, подтягивают лестницу вверх и возобновляют попытки.Меня же манят два зеленых домика-близнеца вдали, в глубине стройплощадки, у самого леса.Я приближаюсь к их аккуратным, словно игрушечным фасадам, которые так и хочется нежно назвать «спинками».К какому пойти-правому или левому? В принятии взвешенных решений я слаба, поэтому спонтанно сворачиваю влево.Огибаю домик по узкой тропинке. Крупная галька под ногами шумит и перекатывается. Оказываюсь у входа. На крыльце сухие листья , сор. Закрытое окно с пожухшей геранью за ним и мятой занавеской в крупный горошек , глядит на меня тоскливо и с укором.Дверь из небрежно пригнанных друг к другу крупными гвоздями грубых досок густо, с объемными подтеками окрашена темно-синей краской. На шляпках и на металлической ручке краска местами облупилась.На двери табличка «Архитектор». Ниже мелко Стройтрест «Мир-1».« Ясно» -думаю я.Стучу кулаком по плохо оструганному дереву. Звук глух и еле слышен. Берусь за ручку чуть приоткрытой двери , и она медленно, с противным скрипом отворяется. Похоже, внутри склад. Пылинки пляшут в тусклом свете, едва проникающем из давно не мытых окон. в заставленное до верху штабелями, мешками, коробками помещение.Откуда-то из глубины слышно пыхтение, глубокие, печальные вздохи и неразборчивое бормотание. Здравствуйте-кричу я поверх складируемого, обращаясь к тому , кого не видно. Никакой реакции. Иду на голос. Точнее, пробираюсь вглубь, спотыкаюсь на каждом шагу, натыкаюсь в полумраке на какие-то предметы. Часть пути проползаю под чем-то, что не удается обойти.Наконец, добираюсь до того, кто бормочет. Эту часть дома с большой натяжкой можно назвать жилой.В углу скомканная, несвежая постель.Рядом стол с висящей на одном гвозде передней рейкой. Где-то такой я его уже видела. За столом мужчина среднего возраста, болезненного и несвежего вида.«Надо построить Замок, надо построить Замок,»-твердит человек , как молитву.-Простите, вы архитектор, спрашиваю я. Человек не отвечает. Он просто не замечает меня.Огромный, пожелтевший лист ватмана прикреплен к стене канцелярскими кнопками.На бумаге детали, детали и еще раз детали. Части, части и еще раз части. Многие обведены красным карандашом и отмечены красными восклицательными знаками. Отчегокажется, что вся стена волнуется и ругается. Никак не могу увидеть в этом нагромождении нечто целое. Отхожу подальше, насколько позволяет обстановка и наконец вижу, что передо мной проект замка. Очень сложный, навороченный, и, похоже, незавершенный.-Это и есть Замок?При слове «Замок» архитектор замирает, резко оборачивается ко мне и начинает горячо и быстро говорить, точно хватается за меня, как за соломинку.Он теребит щербатую пуговицу на пижаме , лохматит немытые жесткие волосы, покусывает ногти и нервно подмигивает правой стороной лица.-Видишь, видишь какой сложный проект.-он тычет заскорузлым пальцем в лист ватмана. Ничего не хватает. Времени нет. Материалов нет. Сил нет.Только что-то найду, как оно уже устарело или износилось.Все время приходится думать, где достать новое и как сэкономить время.Надо делать быстрее, надо думать быстрее. Знаешь, я все время экономлю. Видишь, видишь до чего дошел. Он выставил из-под стола ногу в рваном носке, поднял ее. Пахнуло несвежим.Знаешь, я ведь не один такой умный.Нас так много, тех, кто строит замки. А на всех всего не хватает.Замок строится долго, очень долго. Во время строительства отдельные его части уже успевают выйти из строя, обрушиться. Их приходиться менять или вносить изменения в проект.Архитектор вытащил из -под стола несколько пыльных рулонов ватмана и в сердцах бросил их на стол. Облако пыли поднялось над ними.-Знаешь, откроюсь только тебе. Он перешел на трагический шепот и наклонился ко мне.Я уже забыл, зачем строю замок!На этих словах архитектор скуксился, как двухлетний ребенок, зарыдал в голос и стал биться головой о стол, сметая волосами пыль.Мне стало его жалко и противно. И еще я испугалась.Подумалось, что этот человек в любой момент может выскочить из-за стола и погнаться за мной, вымещая на мне нехватку материалов, времени, сил, жизни. Поэтому я выбежала из комнаты, захлопнула дверь, немного отдышалась и направилась ко второму домику с аккуратной табличкой « Архитектор.Стройтрест «Мир-2».Пр. сл......
глава 15. два мира-две системы(продолжение) 
глава 15. два мира-две системы(продолжение) 
  ....Архитектор вытащил из -под стола несколько пыльных рулонов ватмана и в сердцах бросил их на стол. Облако пыли поднялось над ними.-Знаешь, откроюсь только тебе. Он перешел на трагический шепот и наклонился ко мне.Я уже забыл, зачем строю замок!На этих словах архитектор скуксился, как двухлетний ребенок, зарыдал в голос и стал биться головой о стол, сметая волосами пыль.Мне стало его жалко и противно. И еще я испугалась.Подумалось, что этот человек в любой момент может выскочить из-за стола и погнаться за мной, вымещая на мне нехватку материалов, времени, сил, жизни. Поэтому я выбежала из комнаты, захлопнула дверь, немного отдышалась и направилась ко второму домику с аккуратной табличкой « Архитектор.Стройтрест «Мир-2».Белая длинная газовая занавеска на окне зацепилась за розовый куст в палисаднике и парусом полощется на ветру . Дверь распахнута. Из дома слышна тихая музыкаЗахожу в обыкновенную жилую комнату. Белоснежный минимализм с вкраплением черных деталей.Белый плющевым плед небрежно наброшен на огромную кровать. В его складки хочется закутаться и ощутить кожей его нежное касание. Кто-то просыпается здесь по утрам , полный сил, желаний и счастья. Приминает ногами длинный мех прикроватного половичка. Слушает трели за окном…Кресло-качалка манит. Легкий изящный письменный стол с причудливо изогнутыми металлическими ножками приглашает присесть к нему поближе в с уютной подстилкой под спиной и мягким местом. Здесь хотелось остаться, коротать дни и вечера под нежную мелодию. Любить мир и себя, наслаждаться простором, уютом и теплом. Скорее всего зимой здесь разжигают камин и под треск дров читают и размышляют. Летом на круглый обеденный стол, накрытый скатертью с бахромой, ставят вазу с только что срезанными розами. Капли воды трепещут на бархатных лепестках. По столу раскатились краснобокие налитые яблоки…. На стенах яркими пятнами ряд гравюр с изображением Замка. Он тянется остроконечной головкой к небу. Из окна машет кому-то шелковым платочком сказочная принцесса. Над шпилями парят птицы, драконы и самолеты. Замок под дождем и толпы людей с разноцветными зонтиками под ним снуют между разноцветными машинами.Замок, словно новогоднюю елку, украшает толпа металлических существ, напоминающих людей…Я зачарована. Хочется жить мягко и просто, так, как можно жить только здесь. Вспоминаю зябкую, суетную зимнюю Москву, хлюпающие лужи под ногами в вечернем метро , вечное движение, черную, зияющую дыру в моей бетонной коробке, доктора на свалке , зловещего шахматиста и понимаю, что мне обязательно, просто необходимо, хоть какой то отрезок жизни успеть пожить здесь и уткнуться в чье-то плечо, оставив все позади.Глубоко вздыхаю и вспоминаю куда пришла. Здесь живет архитектор, который должен построить замок. Почему же он не работает так же упорно, как его коллега .Мне необходимо срочно найти архитектора и разобраться с этим вопросом.Ведь все рушится, ветшает. Надо спешить. Нет времени, всегда нет времени и вечно всего не хватает. Выхожу из дома. Человек в соломенной шляпе, съехавшей на затылок, сидит на низкой деревянной табуреточке и обрезает куст роз. -Здравствуйте, окликаю я его. Простите, а Вы архитектор Стройтраста Мир 2?Я, - умиротворенно отвечает человек. Откладывает ножницы, оборачивается ко мне, улыбается. Он пропитан солнцем, поджар , и сильно меня раздражает.-Почему же Вы не работаете? Я возмущена. Как он может так. Он ленив и безответственен. -Разве Вам не надо упорно работать вместо того, чтобы прохлаждаться здесь?Архитектор продолжает спокойно возится с розами и загадочно улыбаться.-Как же стройка? Там, за домом рабочие натягивают транспорант, девушка дежурит в будке, закуплены материалы, кипит работа. А Вы, архитектор замка, прохлаждаешься здесь. Вы всех подводите. Есть ведь сроки. Разве можно ничего не делать?Во мне горячей плотной волной поднимается ярость.Архитектор откладывает в сторону садовые ножницы.-Хочешь секрет? _ДаЗамок уже существует. Надо просто об этом знать, и тогда делать придется по минимуму и всего хватит. И в срок уложишься тоже.-Где существует? На картинках? – спрашиваю с иронией.А ты посмотри вокруг Вон же он, везде. Просто смотри. И я действительно увидела. Башенки возвышались там и тут . из-за кустов, за деревьями, на ровном месте. Мимо пробежала босоногая юная принцесса, придерживая на голове корону…Все, действительно уже было. -А зачем же все это тогда?Я обвела рукой вокруг, имея в виду высокий забор, строительную площадку за ним, будку с девушкой, архитектора в соседнем доме…. -Знаешь, -говорит архитектор задумчиво и осторожно, пробуя каждое слово на вкус. А принято у нас так. Чтобы обязательно была стройка , и транспоранты, и дедлайн.А всего-то и нужно-это собрать то, что уже есть в одном месте.Так что можешь быть уверена, замок на площадке уже построен.И я действительно увидела его. Замок был великолепен. Легкие, изящные, разноцветные башенки взмывали вверх и сверкали причудливо изогнутой чешуйчатой черепицей на солнце. Тяжелые ворота охранялись странниками в латах. Они дарили всем прекрасным дамам, проходящих через ворота в изысканных нарядах, букеты с незабудками. Сквозь прутья резного балкончика разглядывала двор юная принцесса. Чудный запах тянулся из королевской кухни.И я побежала в захламленную комнату, схватила унылого архитектора за руку и потащила его , удивленного и слабо сопротивляющегося, как есть в пижаме, на улицу, к замкуПо пути я быстро и путанно объясняла ему, что не нужно так страдать, что замок уже есть, он уже построен и его надо только увидеть. И всего всем хватит-и времени, и материалов, и сил, и жизни.Унылый архитектор остановился на границе двух Миров и сказал «Так не бывает». -Как не бывает? Вот же замое. Пойдем к нему.Я тянула его за руку, просила сделать шаг вперед, а он стоял, как вкопанный в своей нелепой пижаме и твердил, что впереди ничего нет и так не бывает.Я сама шагала туда и обратно через невидимую стену, в которую он уперся.А к нам уже бежала, спотыкаясь в своих рваных тапках, девушка в кумачовой косынке и с огромным рупором в руках.-Что вы мечетесь?»-строго сказала мне девушка.Определитесь уже, куда вам. И, кстати, Вам пора идти дальше. Ваше время здесь истекло .Я услышала тианье часов. Снасала тихое, потом громче, громчеНе то все пропадет? -Что пропадет, -спрашиваю я? -Сказано же все.Тут девушка в кумачовой косынке подняла рупор и и весело заорала в него : « все пропало, все пропало» .И все действительно стало пропадать. Незадачливый архитектор, покорно стоящий у своей несуществующей стены. Сама девушка, рабочие, Замок. Последним растворился, чуть повисев одиноко в воздухе плакат «Два мира, две системы».Я на пустыре одна. Мне жалко архитектора и страшно хочется есть.
Планета Юлии Ким